Перечень полков гвардии на лето 1914 года.

Количество орудий, сданных в казну в 1793-1820 гг.(пришлось сделать в фото иначе вся цифирь гуляет сама по себе)

         Здесь необходимо заметить, что во времена Гаскойна технология отливки артиллерийских орудий несколько изменилась по сравнению с началом XVIII в., в частности появились разборные чугунные "фурмы". Процесс изготовления "фурм" и отливки пушек на Александровском заводе выглядел следующим образом.

Разборная литейная форма. "Искусство лить Пушки" сочинение Г. Монжа

    "При делании коих для отлития пушек поступают следующим образом: сия фурма есть чугунное тело наподобие усеченнаго конуса, и разделено на такия же части, как и сама пушка; а имянно: состоящая из винградной, тарельной, казенной и вертлюжной, с находящимися при ней цапфами, поддульной, дульной и прибыльной, кои все по разной величине пушек бывают разнаго калибра, и из коих каждая еще для удобнейшаго фурмования пополам разнимается; а все сии части вместе называются пушечною опокою; толщина коей бывает в 1 дюйм; оная или поля оной, скрепляются по высоте и окружности, каждая часть 4 болтами с чеками толщиною в 3 дюйма; внизу же винградной части прикрепляется таковой же толщины тело употребляемое к литью пушек и сделанное из чугуна в настоящую величину оных с украшениями и прибылью, у котораго в средине для легкости бывает пустота и называется моделью. Таковыя модели как для пушек, так и для всяких вещей делаются точно против их чертежей и все сии модели здесь бывают чугунныя, потому что деревянныя чрез некоторое время усыхают и в окружности соединительных частей коробятся. И так имея опоку и модель пушечную, для фурмования во первых берут винградную и тарельную части пушечной опоки, и поставляют перпендикулярно на твердом основании; потом взяв винградную и тарельную часть пушечной модели обмазывают ее салом и посыпают мелко изтолченным сквозь сито просеянным углем и поставляют в самой средине пушечнаго и пустаго пространства, находящегося между моделью и опокою и набивают пушечным составом, уминая ручными деревянными клиньями посредственною силою, дабы состав осел, а осадя бъют деревянными колотушками и сие действие продолжают до тех пор, пока все пустое пространство не будет наполнено составом; после сего опоку разнимают с набитым составом; тарельную же часть модели вынимают воротом; а опоку соединяют и закрепляют болтами с чеками.
    Работу сию продолжают до тех пор, пока все другия части пушки таким образом будут нафурмованы,; потом каждую часть пушечной опоки кладут в сушильную печь, дабы оне там совершенно просохли; после чего каждую из них обмазывают чернилами, которыя состоят из смешения мелко изтолченнаго и сквозь сито просеяннаго угля, соединенаго с мукою, что все смешав вместе разводят водою. Состав, которым набивается пустое пространство между пушечною моделью и опокою, состоит из так называемой опочистой глины, которую мешают с песком в равном количестве.
    Состав сей должно мочить так, чтоб он когда будет сжат в руке разсыпался, изображая однакоже отпечатки руки. Нафурмованную таким образом пушку отвозят к чану, в котором должна она отливаться; под сим чана усыпают песком, поставляют перпендикулярно винградную и тарельную части пушечной опоки, поверх тарельной ставят казенную и скрепляют их болтами с чеками; сверх сего для большаго скрепления по споям соединяют железными связями; и таким образом продолжают ставить пушку до тех пор, пока вся она не будет поставлена. Спой опоки как с внутренней, так и со внешней стороны замазывается глиною, дабы чугун по своей жидкости не мог сквозь оныя пройти. При сем тарельная часть закрывается кружечком, по средине котораго, для удобнаго его вынимания находится вертикально укрепленное кольцо. Поставленную в чан пушечную опоку закрывают сверху железным листом или парусиною до тех пор, пока не начнут выпускать из печей чугуна, дабы сор не мог в оную попасть.
И так ежели горна доменных печей наполнятся выплавившимся из руд чугуном, то вопервых начинают делать пещаные жолобья, и над чаном пещаной двор, в котором скопляется текущей по жолобьям чугун; из сего двора проводят жолоб к поставленной в том чану пушечной опоке, на конце котораго в средину опоки наставляется шмак, или так называемая железна воронка.
    После такового приготовления и когда чугун для отлития поспел, пробивают в горне подле самого пода отверстие, которое бывает шириною в ладонь, и во время скопления чугуна заложено кирпичем и замазано глиною, через которое по жолобам идет чугун в пушечную опоку; при начале кождаго жолоба ставятся шмаковыя доски с запорами, по которым бы можно было пущать чугуна столько, сколько может поместиться в жолоб; когда же от отливки пушки останется чугун, то оный выпускают в особыя места для свинок, которыя после паки переплавляются в воздушных печах. Отлитую таким образом пушку оставляют на несколько часов в опоках, дабы она могла простыть; потом опоки разнимают, а пушку на медведках отвозят в свериленную фабрику. Таким же точно образом поступают и при отлитии пушек из воздушных печей."

     Удачно справляясь с заказами военных, Гаскойн наладил на заводе производство чугунных изделий для свободной продажи: посуды, решеток, ваз, статуй, колонн, различных архитектурных украшений, рам, портретов.
На заводе впервые в России приступили к производству изделий мелкой пластики: медальонов, подсвечников, плакеток из чугуна. Именно по инициативе Гаскойна в 1788 г. была построена первая в стране железная дорога заводского назначения, а в 1791 г. на Воицком руднике была запущена первая в России паровая машина уаттовского типа. Под управлением Гаскойна Олонецкие заводы стали образцом для подражания, их опыт изучали и перенимали по всей России. Заслугой Гаскойна стало также установление единой системы мер и весов в стране. Вопрос был очень важным, т.к. существовавшая до Гаскойна степень точности мер уже не соответствовала уровню экономики, науки и торговли. В тот период в разных частях страны под одной и той же мерой (фут, сажень и т.д.) понимались несколько отличные величины. Гаскойн при выполнении заказов для питейных заведений выбрал английский дюйм как основу для расчета объемов мер вместимости. Сначала эта система была внедрена только на Олонецких заводах, но в 1797 г. Гаскойн предложил правительству принять закон о мерах и весах. Предложение было принято и с 1798 г. Олонецкие заводы получили исключительное право изготовления мер и весов для всей России.

Чугунные Гири Александровских Заводов и другая гражданская продукция.

    По условиям своего первоначального контракта Ч. Гаскойн работал в Петрозаводске не вступая в русскую службу, а просто выполняя в течение 3 лет конкретное задание правительства в Карелии. Однако условия контракта были настолько выгодны, что он в 1789 г. решил поступить на русскую службу и получил чин коллежского советника. С ним был заключен новый четырехлетний контракт на прежних условиях.
Говоря о деятельности Гаскойна в России нельзя пройти мимо такого момента как участие шотландца в постройке и внедрении первых в нашей стране паровых машин. Самая первая машина для подъема воды появилась в России в 1770-х гг. и предназначалась для откачки воды из сухих доков. Эта была обновленная и улучшенная версия водоподъемной машины Ньюкомена, изготовленная на Карронском заводе по проекту Гаскойна.

Водоподъемная машина Томаса Ньюкомена.

    Первой же паровой машиной собственно российского производства стала машина Воицкого рудника в Карелии. По последним данным это была машина двойного действия с конденсатором, т.е. настоящая машина уаттовского типа - первый универсальный промышленный двигатель. Необходимость в ее создании возникла в связи с возобновлением работ на заброшенном медном и золотом руднике. Старый рудник вместе с новой шахтой были залиты водой, а старая водоотливная конная машина пришла в негодность. Содержать на отдаленном руднике 300 человек или несколько десятков лошадей, необходимых для конной машины возможности не было и для возобновления работ на считавшемся перспективным золотом руднике решили применить паровую машину. Однако уаттовские машины строились только на единственном заводе в Англии и их экспорт был запрещен. Но Гаскойн, создававший в Шотландии машины Ньюкомена, скорее всего, был знаком и с устройством машин Уатта.

Паровая машина Уатта.

    По вызову Гаскойна в 1789 г. в Петрозаводск приехал из Англии механик Шериф, который возглавил работы. Кто делал чертежи, сам Гаскойн или же Шериф неизвестно. Медный котел для машины изготовили на Колпинском заводе, а все детали из чугуна – на Александровском. Общий вес машины составил 3400 пудов 33 фунта, она была запущена 8 июля 1791 г. Эта машина, обслуживаемая английскими механиками, проработала на руднике до его закрытия в 1794 г., а затем была перевезена в Санкт-Петербург на Банковский монетный двор. Строительство и наладка машины обошлись государству менее чем в 30 000 рублей, в то время как приобретенная в Англии кронштадтская машина стоила 56 000 рублей.
    Появилась малая паровая машина уатттовского типа и на Александровском заводе – на заводской пуговичной фабрике, где изготавливали не только пуговицы, но и различные жетоны и медали, она приводила в движение печатные, плющильные и прокатные станы. Именно опыт Гаскойна, сумевшего впервые в России применить паровую машину на производстве близком по типу к монетному побудил просьбы о том, чтобы он принял участие в организации монетного двора. По тем временам это было серьезным достижением, т.к. соединение паровой машины и монетного пресса (пресс Болтона) произвело революцию в монетном деле и появилось в Англии всего за пару лет до того как Гаскойн решил эту задачу в России самостоятельно.

Пуговицы Алексанровских заводов

    В начале 1790-х гг. на Александровском заводе стало активно развиваться производство паровых машин – практически параллельно с развитием первого в мире подобного предприятия – завода Болтона и Уатта в Сохо. В 1796-97 гг. были построены машины для подъема воды и осушения доков в Роченсальмском порту и для Луганского завода, в 1797 г. приступили к изготовлению паровых машин для Боровичских угольных шахт. На монетном дворе в 1803 г. появилась вторая паровая машина также изготовленная в Петрозаводске. Александровский завод продолжал постройку паровых машин и после смерти Гаскойна в 1806 г. вплоть до 1824 г.

    Безусловно, первые паровые машины были не без недостатков – конструкция была несовершенна, машины часто ломались, потребляли огромное количество дров. Стоимость их была высокой – примерно 1 000 рублей за 1 лошадиную силу. Возможно было бы проще импортировать английские машины, но британское правительство запрещало вывоз техники, привлечь же к работе в России британских специалистов по паровым машинам было очень сложно. В нашей стране дело Гаскойна продолжил его ученик Чарльз Берд, основавший в 1792 г. в Петербурге свой завод. До 1825 г. Берд построил 130 заводских и 11 пароходных паровых двигателей. Строил машины и другой ученик Гаскойна – Осип Мейджор, а с 1814 г. паровые машины и котлы к ним стал производить Ижорский завод, реконструированный Гаскойном и управляемый после его смерти его учеником шотландцем А. Вильсоном. Однако когда в 1842 г. британцы отменили запрет на вывоз машин, то более дешевое и надежное оборудование из Англии быстро наводнило русский рынок. В 1843 г. ввоз паровых машин утроился по сравнению с предыдущим годом, а к 1860 г. возрос в 40 раз. К концу XIX столетия техника иностранного производства заполонила Россию и на несколько десятилетий остановила развитие отечественной технической мысли.

    Возвращаясь к Чарльзу Гаскойну необходимо заметить, что Россия обязана ему не только реконструкцией Александровского завода в Петрозаводске и паровыми машинами. Под руководством Гаскойна был построен завод по переплавке чугуна в Кронштадте, на котором впервые в России удалось наладить переплавку старого чугуна в промышленных масштабах. Гаскойном же было начато строительство завода в Луганске (закончено М.Ф, Соймоновым), по его инициативе был построен Петербургский литейный завод, а не задолго до своей смерти в 1805 г. Карл Карлович возглавил первую в России бумагопрядильную мануфактуру.

     Конечно же, рассказывая об успехах Гаскойна, нельзя забывать и о том, что во многом он был обязан ими своим помощникам и ученикам. Благодаря Гаскойну в России сформировались целые династии специалистов-шотландцев – Берды, Смиты, Кларки, Висльсоны, Армстронги, Меджеры. Люди работали с Гаскойном охотно и по многу лет. Но помимо администраторов, механиков и инженеров был еще целый ряд просто хороших мастеров и квалифицированных рабочих из русских. Гаскойн относился с большим уважением к добросовестным работникам, многих знал лично, не забывал отметить работу сотрудников в своих донесениях и не имел привычки приписывать все заслуги себе. После себя Гаскойн оставил достойную смену – в Петрозаводске – Полторацкого и Армстронга, в Петербурге – Кларка, на Ижорских заводах и Александровской мануфактуре – Вильсона, ученики Карла Карловича успешно управляли этими предприятиями в течение многих лет.

Дом горного начальника в Петрозаводске.

     Заводы, построенные Гаскойном и его последователями, придали мощный импульс развитию северо-запада России, положили начало освоению юга страны и на века определили расположение промышленных зон Санкт-Петербурга. Современный Кировский завод – это не что иное, как Петербургский литейный завод, промышленная зона в районе проспекта Обуховской обороны и Пролетарский завод – это территория Александровского завода, построенного М. Кларком, Адмиралтейские верфи и окружающая их промзона – бывшие заводы Берда, Обуховский завод был построен рядом с Александровской мануфактурой, которой, в свое время, управлял Гаскойн.

    Лучшей эпитафией Гаскойну стало постановление Совета министра финансов от 26 мая 1820 г. "О расчетах казны с бывшим директором Олонецких и Луганского заводов Гаскойном": "Ежели Россия может хвалиться ныне совершенством своих чугунных изделий, то по справедливости обязана оным Гаскойну, который вывез с собой искусных мастеров и механиков, от коих научилися русские мастеровые. Ему же собственно обязана Россия чрезвычайно многим употреблением чугуна в общежитии, который до него заменялся или железом или медью, потому что из чугуна приготовлять разных полезных вещей до него не умели, по незнанию придавать ему надлежащую годность смешением разных сортов руд и самого выплавленного чугуна. По всем сим уважением Совет Министра финансов заключает, что покойный действительный статский советник Гаскойн знаниями своими и усердием к пользам Нашего Отечества приобрел все право на полную к нему признательность онаго, ибо введенный им способ отливать из чугуна пушки и разные изделия по справедливости можно назвать опорою всего чугунно-литейного в Отечестве нашем производства."

Мемориал Гаскона в Петрозаводске.

Источник: просторы интернета