А.А. Тишкин, В.В. Горбунов ЛАМЕЛЛЯРНЫй ПАНЦИРь IV–V вв. н.э. ИЗ АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО КОМПЛЕКСА ЯЛОМАН-II НА АЛТАЕ/ Алтайский государственный университет, Барнаул, Россия/ ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА СРЕДНЕВЕКОВЫХ НАРОДОВ СТЕПНОЙ ЕВРАЗИИ. Материалы II Международного конгресса средневековой археологии Евразийских степей. (Барнаул, сентябрь 2012 г.) стр. 55-59
В 2008 г. экспедицией Алтайского государственного университета под руководством одного из авторов данной публикации при раскопках памятника Яломан-II в Онгудайском районе республики Алтай зафиксирована редкая находка древнего оборонительного вооружения. Целый панцирь обнаружен в кургане №29 – крайнем объекте в группе пристроенных друг к другу каменных надмогильных конструкций, занимавших центральное положение на своеобразном некрополе. Там ранее уже были исследованы курганы №30–33, которые дали значительное количество материалов, в том числе относящихся к комплексу вооружения (Тишкин, Горбунов, 2007. С. 166). Все указанные погребальные сооружения Яломана-II датируются 2-й половиной IV – 1-й половиной V в. н.э. (Тишкин, Горбунов, 2003. С. 493; Тишкин, 2007. С. 179–181, 264, 268–270, 275–276). По особенностям погребального обряда и облику инвентаря они относятся к верх-уймонскому этапу булан-кобинской археологической культуры Алтая (Тишкин, Горбунов, 2005. С. 161). Данный период соотносится со временем существования жужанско-го каганата в Центральной Азии.
Курган №29 представлял собой округлую насыпь диаметром около 4,5 м и высотой до 0,9 м от уровня древней поверхности. По периметру хорошо фиксировалась стенка-крепида из плит, уложенных друг на друга плашмя до семи слоев. Внутреннее пространство кольцевой выкладки было засыпано скальными обломками и галькой. Под насыпью находилась могильная яма глубиной более 3 м. На дне ее располагался каменный ящик подтрапециевидной формы из плит. Над этой погребальной камерой зафиксировано захоронение одной целой лошади, а также части другой особи. Внутри каменного ящика вытянуто на спине лежал умерший человек, головой на северо-северо-восток. Справа от погребенного мужчины 30–35 лет (определения С.С. Тур), вдоль длинной стенки погребальной камеры, находилось скопление предметов вооружения: сложенный в «гармошку» панцирь, меч в ножнах и колчан со стрелами (рис. 1).
Панцирь, изъятый из могилы монолитом (размерами 90х23 см), был доставлен в Музей археологии и этнографии Алтая АлтГУ для расчистки в стационарных условиях. Работа по реставрации и консервации этого вида доспеха еще продолжается, поэтому в данной публикации представлены лишь предварительные результаты изучения. Основа панциря набрана из отдельных железных пластин, соединенных ламеллярным способом, т.е. непосредственно между собой через систему отверстий.
Пластины имеют прямоугольную форму со скругленными углами. У некоторых экземпляров верхний край закруглен более сильно, что приближает их к овально-прямоугольной форме. Длина пластин варьирует от 7,5 до 10,2 см. Ширина изделий – от 2,5 до 3,4 см, но чаще всего она составляет 2,8–3 см. Толщина пластин без учета коррозии – 1,2–1,5 мм. Диаметр сквозных отверстий составляет 4 мм, но у большинства экземпляров данный показатель определить сложно из-за коррозии или наличия крепежных элементов. Судя по поперечному сечению, все пластины слегка выгнуты, а по продольному сечению они выглядят более вариабельно: прямые, выгнутые, вогнутые, выгнуто-вогнутые.
В каждой пластине пробито по 11 отверстий: четыре боковых, три срединных и четыре окантовочных. Они расположены следующим образом. Боковые пробиты по одной паре в центре у каждого длинного края. Они предназначены для формирования пластин в полосы. Срединные отверстия (одна пара в центре верхней части пластины и одиночное отверстие посредине центральной части) использовались для соединения скомплектованных полос. Окантовочные (одна пара вдоль верхнего и одна пара вдоль нижнего края пластины) были необходимы для крепления канта. У четырех пластин (все они крайние в полосах, три слева и одна справа) есть дополнительное отверстие посредине нижней части.
Неплохая сохранность органических материалов позволяет полностью проследить крепежную систему панциря. Пластины, длинными сторонами направленные по вертикали, набирались в горизонтальные полосы путем наложения одна на другую и слева направо. При этом боковые пары отверстий соседних краев совмещались, и каждая левая пластина перекрывала правую на треть ее ширины (в среднем на 1 см). Соединение в такую полосу производилось длинным кожаным ремешком шириной 8 мм, толщиной 2 мм. Заходя в отверстие, ремешок сворачивался до полутрубки, а выходя, снова расширялся. Вязка начиналась с нижнего бокового отверстия крайней пластины на тыльной стороне. Затем ремешок продевался в верхнее боковое отверстие, проходя по ее лицевой стороне. Потом он снова шел с тыла наискосок к нижнему отверстию в противолежащей паре. Далее проходил через два совмещенных отверстия соседних пластин и снова по лицевой стороне к двум верхним отверстиям. В очередной фазе вязки ремешок направлялся по тылу к нижнему отверстию этой же пары, еще раз продевался с лицевой стороны, удваиваясь, и, наконец, по тыльной стороне следовал к нижнему отверстию следующей противолежащей пары. С изнанки полосы такая вязка выглядит как чередование коротких вертикальных и длинных диагональных ремешков, а с лицевой стороны – лишь как короткий вертикальный, но при этом двойной ремешок (рис. 2).
После связывания пластин при помощи боковых отверстий готовая полоса по всему периметру снабжалась кожаным кантом. Для этого использовалась более широкая полоска кожи, которая перегибалась через торцы пластин. Сверху и снизу она крепилась ремешками (такими же, как для боковых отверстий). Понизу ремешки продевались в пары окантовочных отверстий, образуя горизонтальные чередующиеся стежки. С лицевой стороны стежок шел через пару отверстий каждой пластины, с тыльной стороны – через два соседних отверстия смежных пластин. Крепление верхнего края канта было сложнее. Здесь ремешок сначала продевался в крайнее окантовочное отверстие правой пластины, а затем шел по лицевой стороне в ближнее отверстие следующей пластины. Потом с тыла он возвращался ко второму отверстию предыдущей пластины и, пройдя в него, выходил на лицевую сторону, пронизывая себя через прорезанное или проколотое отверстие, и направлялся к ближнему отверстию третьей пластины, далее следуя по такой же схеме (рис. 2). Этим достигалось более плотное прилегание канта к полосе. На крайних в полосе пластинах кант закреплялся ремешком, связывающим боковые отверстия. Для этого ремешок должен был выниматься из крайней пары боковых отверстий, а затем снова в нее продеваться, пронизывая окантовку. Свободные края ремешка после этого по обеим сторонам полосы завязывались на узелки. У некоторых полос ремешки идут от окантовочных отверстий к боковым, дополнительно прижимая кант с торцов. На большинстве полос кант выглядит сплошным, но есть полоса, где имеется вставка, когда длины заготовки для канта не хватило на весь периметр. Минимальная ширина окантовки полос составляет 8 мм, максимальная приближается к 2 см. По меньшей мере на двух фрагментах полос кант отсутствует. В их окантовочные отверстия просто продеты ремешки согласно стандартной схеме. Применение окантовки способствовало дополнительному скреплению пластин в полосе и выполняло задачу предохранения поддоспешной одежды воина.
Соединение между полосами производилось длинным ремешком, аналогичным по параметрам боковым. При этом две смежные полосы располагались таким образом, что нижняя должна была налегать на верхнюю. Перекрытие составляло 1–1,5 см. Сначала ремешок продевался с изнанки в срединное центральное отверстие крайней пластины верхней полосы. После чего он шел по лицевой стороне, заходя под пластину нижней полосы, и продевался в пару ее срединных верхних отверстий, образуя короткий вертикальный стежок. Затем ремешок возвращался обратно к центральному отверстию верхней полосы и, войдя в него, направлялся к центральному отверстию следующей пластины. В результате с тыла получался длинный горизонтальный стежок. Далее схема повторялась, и каждая пластина верхней полосы удерживала пластину нижней полосы удвоенным ремешком. Поскольку данный такой ремешок был достаточно длинным, это обеспечивало подвижность полос и позволяло им наслаиваться друг на друга в составе панциря при движении (особенно при сгибании корпуса бойца). В снятом видепанцирь складывался в «гармошку», как он и был найден в могиле (рис. 1).
Покрой панциря можно восстановить пока в общих чертах. Это одночастная «кираса», основу конструкции которой составляют пять горизонтальных длинных полос. Они целиком охватывали торс воина от подмышек до начала бедер и связывались между своими торцами на груди либо на одном из боков. Общая высота этой части панциря составляет около 40 см. Ширина первой (нижней) полосы – 8 см, второй – 9 см, третьей – 9 см, четвертой – 8 см, пятой – 10,5 см. Особо выделяется вторая полоса, пластины которой сильно вогнуты. Этот признак характерен для полосы, идущей вокруг талии. Он получил распространение в сяньбийском, корейском и японском доспехе в IV–VI вв. н.э. (Горелик, 1993. С. 151. Рис. 1.-10, 21; Горбунов, 2005. С. 209. Рис. 1.-9). Выше уровня подмышек панцирь состоял из более коротких полос, освобождавших руки. Из них полностью реставрированы четыре полосы. Две включают по 19 пластин каждая (рис. 3).
Они соединены между собой. Верхняя полоса имеет длину 42 см и ширину 9 см, нижняя – соответственно 43х9 см. Эти полосы являлись завершением наспинной части панциря. Еще одна полоса состоит из восьми пластин (ее размеры – 18,5х8,5 см; рис. 4), а другая – из шести пластин, размерами 13х8 см (рис. 2). Они должны относиться к верху нагрудной части панциря. Оставшиеся фрагменты позволяют предполагать, что панцирь имел также наплечные полосы, соединявшие нагрудную часть с наспинной, и, возможно, небольшие оплечья.
В поздней группе могильника Яломан-II это вторая находка доспеха. Первая в виде полосы из 14 пластин была сделана ранее в кургане №31 из той же группы объектов (Тишкин, Горбунов, 2003. С. 491). Ее сближает с публикуемым панцирем наличие сплошной окантовки полосы, прямоугольная форма большей части пластин и их пропорции (Горбунов, 2003. Рис. 8–11). Различаются системы расположения отверстий. Пластины из кургана №31 имеют только боковые и срединные (верхние и центральное) отверстия, а из кургана №29 – боковые, срединные (верхние и центральное) и окантовочные (верхние и нижние) отверстия. По данному признаку последним аналогична значительная серия пластин из других могильников позднего этапа булан-кобинской культуры (Чендек и Кок-Паш), а также пластины из памятника 2-й половины IV – V в. н.э. одинцовской культуры Татарские Могилки (Горбунов, 2003. С. 36–37), где также был найден целый панцирь покроя «кираса», но двухчастной конструкции из нагрудника и наспинника (Горбунов, 2002).
В заключение следует отметить, что находка целого булан-кобинского панциря значительно расширяет наши знания как о защитном вооружении данной культурной общности, так и о доспехе эпохи «великого переселения народов» в целом. Особенно это актуально для изучения покроя панцирей и способов их сборки. Оформление пластин яломанского панциря еще раз подтверждает, что на территории Алтая в IV–V вв. н.э. существовала особая традиция изготовления элементов бронепокрытия, наиболее совершенная с точки зрения функциональной специализации отверстий (Горбунов, 2003. С. 51, 53). Ее оригинальность заключалась в использовании разнообразных отверстий для крепления канта: верхних, нижних, боковых, что оказало определенное влияние на развитие защитных пластин в соседних регионах Сибири и Центральной Азии.
