Вопрос о производстве собственных стальных шлемов российского производства возник почти одновременно с решением о закупке их за границей, то есть летом 1916г. Этому также способствовали острая нехватка иностранной валюты и все больше нарастающий дефицит касок в войсках.
Проявлялась естественно и инициатива снизу, например, инженер-механик Сестрорецкого оружейного завода Коновалов предложил каску-котелок собственной разработки.
Первоначально вопрос о разработке и производстве касок находился в ведении Главного артиллерийского управления (ГАУ), проделавшего большую работу по поиску предприятий, которые обладали бы соответствующим оборудованием и возможностями для выполнения крупного госзаказа. Чертежи и технические условия разрабатывал Механический отдел Центрального военно-промышленного комитета (ЦВПК). Работа велась в 2- направлениях: изучались иностранные образцы стальных шлемов (английские и французские) и велась разработка конструкции, чертежей и технических условий. Выбор стоял, как несложно догадаться, между тем принять за основу для собственной разработки английский образец или французский.
Причем первоначально все шло к тому, что за образец будет взята именно английская каска.
Были изучены сравнительные характеристики обеих шлемов. В Лондон генерал-лейтенанту Гермониусу Э.Л., занимавшемуся закупкой в Англии военного имущества, был направлен запрос о предоставлении информации о характеристиках английских касок. 18 октября 1916г. такой доклад в ГИУ поступил:
«…английские каски изготовлены из марганцевой стали, окрашены и покрыты мелким песком и по итогам испытаний, проводимым из специального ружья сферической пулей шрапнельного образца….весом 2,5 золотника, при окончательной скорости на момент удара 700 фунтов в секунду, каска не пробивается. ….английская каска в 2 раза прочнее французской, лучше итальянских. Английская армия имеет уже 2млн касок. С началом их применения количество ранений головы понизилось на 60%...».
На основании данного доклада ГАУ провело сравнительные испытания английской и французской касок на полигоне путем обстрела из трехдюймовой пушки и обстрелом из пистолета браунинг, традиционно в то время применявшегося для испытания касок:
«… как показали означенные опыты, французские каски могут предохранять голову от шрапнельных пуль лишь при очень высоком или большом интервале разрыва шрапнели, а также от слабых мелких осколков ручных и ружейных гранат, брызг пуль и осколков камней. Английские каски значительно лучшего качества и надежнее предохраняют голову…».
Были даже разработаны временные ТУ на разработку каски английского образца, однако потребовались дополнительные испытания, но тут выяснилось практически полное отсутствие английских касок в наличии, Гермониусу было поручено закупить для продолжения испытаний 100 штук английских касок, что и было сделано, но прибыли они слишком поздно: к этому времени было принято другое решение.
Уже в сентябре 1916г в ГАУ от предприятий, которые были предварительно отобраны как возможные производители стальных шлемов, стали поступать предложения и опытные образцы касок и практически все они были похожи в той или иной степени на каску Адриана, которая к этому времени уже стала поступать на вооружение РИА. В начале октября ЦВПК направил в ГАУ предложение о поставках шлемов французского образца с российским гербом, изготовленных из лопаточной стали. 2 октября произошло еще одно важное событие: дело о производстве касок было передано в Главное интендантское управление (ГИУ), в котором вопрос подготовки технической документации был поручен Механическому отделу, с этого момента выполнявшим всю техническую работу.
10 октября 1916г состоялось заседание Особого совещания с участием представителей ГИУ, ГАУ, ЦВПК, Госконтроля, представителей Государственной Думы и военного министерства, на котором было справедливо указано на отсутствие технической документации на производство касок, без которого невозможно ни рассчитать ни стоимость изделия, ни начать производителям готовиться к налаживанию валового производства. Так заводчик Васильев А.Г., имеющий предприятие на территории Финляндии Холенберг (V.W. Holmbergille) в начале октября уже получил от ЦВПК аванс на производство 200 тысяч касок, ни получив при этом более ничего: ни чертежей, ни технической документации и стал налаживать оборудования на своем предприятии касок по французскому образцу по своему видению, исходя из собственной калькуляции. Забегаю вперед, позднее на его заводе пришлось приостанавливать подготовку валового производства касок, чтобы изменять производство под новое утвержденное ТУ.
На том же совещании было принято решение о цвете касок: он должен быть не темно-серым, как было принято во французской армии, а ближе к защитному.
Важной вехой стал выбор стали: было решено использовать для производства отечественных касок лопаточную сталь, которая по характеристикам была выше французской, которая бфла достаточно невысокого качества: по сообщению Игнатьева, французские предприятия производили сталь с 0,29%-0,49% содержанием марганца и 0,225—0,285% углерода.
Всерьёз рассматривалось и вопрос о возможности производства касок из хромо-никелевой стали, которую производили Сергинско-Уфалейские горные заводы, и это было новаторское предложение для своего времени: данная сталь являлась высококачественной и показала на испытаниях наиболее высокую пулестойкость. Но в итоге от производства шлемов из нее вынуждены были отказаться по двум основным причинам: высокая себестоимость (не менее 6 рублей) и недостаточные объемы производства этой стали, заводы могли производить ее лишь в достаточно небольшом количестве. Стоял даже вопрос об одновременном производстве касок из двух видов стали: из высококачественной хромо-никелевой стали Сергинско-Уфалейских горных заводов и лопаточной стали, но по соображениям скорее морального характера от этой идеи отказались: решили что несправедливо будет части солдат предоставить лучшие защитные шлема, а другой – более худшего качества.
Далее определились с необходимым количеством касок, приблизительной ценой изделия и примерными общими техническими параметрами их производства.
На конец октября 1916г, согласно доклада ГИУ, предполагалось заготовить 7,1 млн касок до 1 июля 1918г, из них предстояло закупить во Франции 3,5 млн штук (тогда вопрос о дополнительной закупке 1,5 млн касок к уже заказанным 2млн еще стоял) и 3,6 млн изготовить в России по примерной цене 4,45 рубля, общий расход определялся в 23 905 000 рублей.
К 4 ноября 1916г Механический отдел ЦВПК, проделав очень большую работу по сбору и обработке информации по технологии производства проката стали, технологии штамповки, окраски и т.п., предоставил разработанные первые чертежи шлема в трех вариантах (все три были вариациями каски Адриана), образцы эмблемы с Государственным гербом и ТУ их производства. В сопроводительном письме к технической документации Механический отдел, принимая во внимание реальное положение дел в российской промышленности, рекомендовал остановиться на варианте цельноштампованного шлема с круглой розеткой:
«…изготовленного из одного куска (стали), с розеткой над вентиляционным отверстием, в виду их меньшего веса, большей жесткости и большего изящества…».
Также отдел обосновывал необходимость замены материала подкладки, которая в каске Адриана изготавливалась из кожи, на подкладку из бумажной материи – молескина («чертова кожа»), легко впитывающей пот и прилагал калькуляцию, определяющую конечную стоимость в 4,45 рубля. После устранения всех замечаний к 15 ноября был предоставлен новый чертеж, который и был утвержден 23 декабря 1916г, после чего заводы, выбранные для выполнения госзаказа, незамедлительно получили всю необходимую документацию.
Далее, конечно, возникли многочисленные технологические проблемы, на решение и согласование которых ушло еще 2-3 месяца.
Например, возникли трудности со стабильностью металлопроката: согласно ТУ вес каски определялся в 643-733 грамма (без подкладки) при толщине металла в 1мм, но обследования материала показали отступления в пределах 0,95-1,1мм, что влекло собой и изменения веса каски приблизительно на 45-65грамм. Приняв во внимание эту особенность, заводам разрешили допуск отступления от толщины стали в 1мм в меньшую сторону – до 0,9мм.
Другой примечательной проблемой было то, что из молескина, как выяснилось, удобнее делать не фестоны подкладки каски (тулеи), как это было у французов, изготавливавших ее из кожи, а делать сборку подкладки, стягивая ее шнурком в верхней части. Поступали и многочисленные предложения по замене молескина на другие материалы, предлагались: бязь, рубашечный холст, суровая парусина, парусина №116, кожа «спилка» и даже старые солдатские шинели, уже негодные к употреблению, для чего их предполагалось вымыть и продезинфицировать. Но в этом вопросе ответ ГИУ был категоричен: …Для подкладки касок использовать только молескин.».
Были и сложности с креплением розетки, устройством подтулейного устройства и т.д.
Первые произведенные заводами шлемы было решено подвергнуть испытаниям обстрелом из пистолета Браунинг 7,65 мм и 6,35мм с дистанции 10 шагов и тут выяснилось, что шлемы разных заводов проходят это испытание по-разному, например, каски завода «Граната» (Сульберг или Зольберг) часто не проходили такие испытания, а первые шлемы, изготовленные заводами Лысьвенского горного округа и АО Механических и жестяных заводов («Жесть») выдержали испытания с дистанции 2,13м (1 сажень). Было решено проводить такие испытания регулярно. Однако сказывался недостаток патронов для Браунинга и вместо него разрешено было проводить испытания пуансонированием с бабой весом 2,5 кг диаметром 7,5мм. Высота падения бабы, при которой корпус не должен был пробиваться, была установлена в 700мм, что было признано аналогом стрельбы из Браунинга 6,35мм.
Результатом всех изменений и дополнений первоначального ТУ стали финальные Дополнения от 14 апреля 1917г, окончательно определяющие условия производства стальных касок и порядок приемки готовой продукции.
Итак, шлем был разработан, все технологические условия производства детально выработаны и стандартизированы, оставалось «малое» - произвести запрошенное армией количество шлемов: план по снабжению армии шлемами составлял 7.1млн штук к июлю 1918г. Теперь ГИУ предстояло проделать огромную работу по обеспечению производства на российских заводах примерно 5,1 млн касок (к этому времени от идеи дополнительного заказа во Франции 1,5млн касок уже отказались из-за отсутствия валюты). На совещании ГИУ от 11 ноября был определен первый заказ на 1,2млн касок, который должен был исполнен к 1 мая 1917г. Инициативу на размещение заказов на заводах взял на себя ЦВПК, которому было предоставлено право по своему усмотрению выбирать поставщиков.
В итоге, напрямую контракты были заключена с 2 производителями: упоминавшимися уже заводом Васильева и Товариществом «Жесть» на 400 тысяч (включая 200 тысяч заказанных еще в октябре) и 300 тысяч соответственно. Остальное количество заказов распределялось через Окружные военно-промышленные комитеты (ОВПК), которые осуществляли выбор исполнителей по своему усмотрению: Одесский ОВПК – 100 тысяч, Самарский ОВПК – 300 тысяч и Петроградский ОВПК – 100 тысяч. Требовалось разместить заказы еще на 3,9 млн касок и это оказалось очень непросто. Например, одно из самых мощных на тот момент предприятий - Сергинско-Уфалейские горные заводы отказывались выпускать каски из лопаточной стали, мотивирую это тем, что они специализируются на стали высокого сопротивления и переход на другие сорта стали для них затруднителен.
К концу декабря удалось распределить заказ еще на 2 млн штук, таким образом доведя общий заказ на каски российского производства до 3,2 млн штук, однако к концу 1917г. еще ни на одном предприятии массового производства касок, так и не началось. В свою очередь французская промышленность вполне сносно справлялась с российским заказом на каски Адриана, удовлетворяя при этом гораздо большие потребности своей армии.
После февральской революции в стране нарастала общая дезорганизация всей хозяйственной жизни, все хуже работали железные дороги, забастовки зачастую останавливали деятельность предприятий, но обязанность ГИУ обеспечить армию касками никто не отменял и оставшееся количество на 1,7млн было в марте распределено между все теми же производителями. Таким образом, весь заказ был размещен, но не произведен: к апрелю 1917г касок, сданных государственным приемщикам, еще не было, а к середине июня всеми предприятиями, между которыми был распределен заказ (всего 19 предприятий), было сдано только 16 071 штук. Более или мене наладить массовой производство удалось наладить к июлю на трех предприятиях: фирмой Граната к середине июля было сдано 35 тысяч касок, заводом Васильева (в Гельсингфорсе) – 30 тысяч, обществом «Жесть» в Саратове – 35 тысяч.
Надо отметить, что в августе 1917г. военным министром был инициирован вопрос о прекращение производства касок на заводах, размещенным в Финляндии и после длительной переписки и бурных протестов ЦВПК, фирмам Васильева и «Гранату» были-таки в октябре направлены уведомления о расторжении контрактов. К этому времени они уже сдали интендантству 40 тысяч и 71 951 штук соответственно. В Саратове было изготовлено и сдано 99 976 штук, что в общей сумме составило 211 567 штук вместо запланированных 3,2 млн штук. Другие производители сданных касок к октябрю практически не имели. Только в самом конце сентября фирма Л. Крамер и сыновья из Москвы осуществила первую отправку партии касок в 3 тысяч штук на вещевой склад. Тем не менее в течение октября-декабря 1917г. предприятия в Луганске, Саратове, Вятке, Москве, Лысьве, Харькове и Одессе произвели некоторое количество касок и старались осуществлять отгрузку готовой продукции пока это было возможно.
После Великой Октябрьской Социалистической Революции при ГИУ была создана комиссия по рассмотрению ходатайств о пересмотре контрактов по вещевой части, заключенных для нужд обороны, на заседании которой 29 ноября стоял вопрос и о производстве касок, в частности о повышении цены на них. На заседании было отмечено, что к настоящему времени было произведено около 400 тысяч касок, из коих 330 тысяч принято приемщиками комитета и отправлено на интендантские склады. Но никакого решения на этом заседании принято не было. Окончательно вопрос решился 28 декабря 1917г: Особое Совещание ГИУ по обороне государства приняло решения о прекращении производства шлемов из лопаточной стали в виду сложности поддержания их производства в существующих условиях.
Несколько слов нужно сказать о многообразии названий первой каски отечественного производства, встречающихся в литературе: русский Адриан, шлем из лопаточной стали (ШЛС), у современных коллекционеров закрепилось - «каска Зольберга (Сольберга)» по заводу «Гранат» в Финляндии, Izhora-helmet в книге Robert W. Clawson. Такое многообразие было вызвано тем, что каска так и не получила никакого определенного официального наименования, как например, каска Адриана была принята на вооружение как «каска единого образца», а название каска Адриана навсегда стало ее неофициальным названием. Но чаще всего в официальных документах встречается название «шлем из лопаточной стали» (ШЛС).
В ходе гражданской войны и ШЛС и каска Адриана использовались всеми противоборствующими сторонами конфликта, однако обеспеченность ими войск вряд ли была сколь либо существенной, косвенно об этом можно судить по фотографиям времен гражданской войны.
Да и столь острой необходимости как в период ПМВ в ходе гражданской войны не было: сам характер войны не был похож на позиционную окопную войну, в ходе которой солдаты сильно страдали от ранений в голову, да и стороны просто не обладали достаточным количеством современных вооружений и боеприпасов, чтобы создать что-то похожее на бои периода ПМВ, когда солдаты остро нуждались в защите головы.
После отделения от России Финляндии, часть ШЛС осталось на ее территории и даже какое-то их количество приняло участие в финской гражданской войне, потом непродолжительное время они стояли на вооружение финской армии и позднее были переданы гражданской обороне. Сейчас со складов гражданской обороны в черном окрасе их довольно часто можно встретить на торговых площадках военного антиквариата.
Подводя итог, можно сказать, что шлем из лопаточной стали, принимая во внимание дефицит времени в условиях ПМВ и состояние российской военной промышленности, в целом получился неплохим, он показал на испытаниях достаточно приемлемые защитные свойства, лучшие чем у своего «прародителя» - каски Адриана, но к сожалению, на ПМВ он фактически «не успел», до выхода России из ПМВ только небольшое количество ШЛС попало в действующую армию, поэтому полноценной проверки военными действиями ему не пройти не довелось, в отличии от каски Адриана.
После окончания гражданской войны, то количество шлемов, которой досталось Советской России, поступило на вооружение РККА и использовалось ей наряду с каской Адриана до принятия на вооружение новых шлемов уже советской разработки. Довелось ШЛС повоевать и во ВМВ, когда в силу необходимости со складов достали и их. Фотографии красноармейцев, экипированных ШЛС, подтверждают его участие во ВМВ.
В заключении отметим и необычную роль ШЛС в качестве киноактера, точнее сказать конечно кино-реквизита. Например, в фильме «На границе» 1938г. шлем лопаточной стали «сыграл роль» японской каски.
Актер Юрий Лавров в роли японского капитана Нуматы экипирован именно такой каской:
Интересно, что красноармейцы в фильме не экипированы касками вообще, а "японцев" вооружили ШЛС.
Источник: "История русского стального шлема 1916-1945" Иван Карабанов, 2016г.
