МОНГОЛЬСКИЕ СЕДЛА ИЗ ПОГРЕБЕНИЯ В КЫЗЫЛ-БОЛЧОК. Е.В. Степанова (Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург, Россия), Н.А. Васильева (Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург, Россия), Н.А. Константинов (Казахский национальный университет им. Аль-Фараби, Алматы, Казахстан) /XIII Международная Научная Конференция. Древние культуры Монголии, Байкальской, Южной Сибири и Северного Китая, III, Уланбатор, 2025г. стр. 288-296.
Обстоятельства находки. Погребение в местности Кызыл-Болчок раскопано экспедицией Горно-Алтайского государственного университета (ГАГУ) под руководством Н.А. Константинова в 2017 г. Памятник расположен в Кош-Агачском районе Республики Алтай в 5,4 км к ССЗ от с.Кокоря, в северной части Чуйской котловины, на склоне одного из отрогов хребта Чихачева на высоте 2007 м над уровнем моря [Серегин, Константинов, Эбель 2018, с.108-105].
В 2016 г. погребение было повреждено местными жителями, но вещи (берестяной колчан с костяными накладками, фрагменты древков стрел и шесть железных наконечников, два железных стремени, удила, пряжка и две берестяные подложки полок седла) были переданы в Историко-этнографический музей теленгитов Чуи в с. Кокоря [Константинов, Эбель, 2017, с. 24-27, рис.2-5].
В 2017 г. разрушенное погребение было доследовано, что позволило уточнить сведения о комплексе и получить новые материалы. При раскопках каких-либо надмогильных сооружений не прослежено, вероятно, погребение было грунтовым. Оно было совершено в подовальной яме 2,4х0,9 м глубиной 1,1 м, вытянутой по линии ССЗ–ЮЮВ. На глубине 40 см в восточной стене ямы зафиксирован фрагмент дерева, возможно, от перекрытия. В яме находилась колода, выдолбленная из цельного ствола дерева. Её размеры 2,3х0,61 м, высота 0,4 м; торцы разрушены грабителями. Кости человека перемещены, лишь в юго-западном углу колоды in situ находились кости левой ноги. Их положение указывает на ориентировку погребенного головой на ССВ. В колоде были найдены золотая сережка с бусиной, фрагменты шелковых и парчовых тканей и обуви, три треугольные костяные бляшки, фрагменты костяных накладок на колчан; у разрушенной восточной стенки колоды – фрагменты деревянной кибити лука, срединная костяная накладка и куски берестяной обмотки. В грунте между грабительскими ямами на западной стенке колоды находилось деревянное седло с берестяными подкладками, железными пробоями, стременами и подпружной пряжкой, а у его передней луки – удила, наносник с султанчиком, уздечная пряжка и вертлюг [Серегин, Константинов, Эбель 2018, с.107-108]. В районе седла также были найдены вторая подпружная пряжка и бронзовая позолоченная обойма с округлым щитком и петлей на фрагменте ремня (рис.1, 1-2).
Очевидно, погребение было богатым и ограблено еще в древности, о чем свидетельствуют утраты крышки колоды и перекрытия, расположение большинства костей в центре могилы, не затронутом ямами 2016 г., отсутствие черепной коробки, хаотичное расположение железных скоб, вероятно крепивших крышку, изнутри и снаружи колоды, находка фрагмента пояса (?) с декоративной обоймой при разборке седла. Два комплекта конского снаряжения первоначально, скорее всего, располагались на крышке колоды.
Основной инвентарь и датировка. Благодаря многочисленным аналогиям можно уверенно отнести комплекс вещей из Кызыл-Болчока к монгольскому времени и датировать XIII–XIV вв. Хорошо сохранился берестяной колчан, декорированный костяными пластинками с резным черненым орнаментом. Такие колчаны имели широкое распространение в евразийских степях [Константинов, Эбель,2017, с.27], однако, на территории Алтая это первая подобная находка. Наконечники стрел железные черешковые с плоским пером, из них 5 ярусные и 1 трапециевидный. Бронзовая обойма с орнаментированным позолоченным щитком, возможно, поясная сабельная [Крамаровский, 2001, рис.15, 18, 20; Басандайка, 1947, табл.55].
В состав инвентаря также входили два комплекта конского снаряжения с седлами монгольского типа и типичной для XIII–XIV вв. железной фурнитурой (рис.1, 2).
Конское снаряжение из Кызыл-Болчока включало два комплекта - парадный (комплект 1) и рядовой (комплект 2). Вся фурнитура узд и седел железная, детали ленчиков седел вырезаны из березы (Betula sp.) (Определение породы выполнено микроскопическим методом по анатомическим признакам с.н.с. Ботанического института им. В.Л. Комарова РАН, к.б.н. А.В. Степановой.)
Узда из парадного комплекта, помимо удил с трензельными кольцами и язычковой пряжки, включала наносник с султанчиком и вертлюг от недоуздка с чумбуром (рис.2, 10-13); узда из рядового комплекта имела только удила и пряжку (рис.2, 17-18).
Оба седла относятся к монгольскому типу с характерными П-образными козырьками с наружной стороны лук. У седел этого типа передняя лука прямая, задняя – наклонная, вместе с приподнятой центральной частью полок она формировала сиденье. Боковые стороны сидения не смыкались над седельным желобом. Для привязывания нагрудника, подхвостника и торочных ремешков использовались кольца с пробоями. При седлах, как правило, находят одну или две подпружные пряжки и железные стремена с отверстиями в дужках для путлищ.
Анализ находок седел этого типа показывает, что их можно разделить на 3 группы по особенностям декора, размерам и пропорциям лук и полок: элитные, богатые и рядовые [Марсадолов, Степанова, 2021, с.491-492]. У элитных седел (например, часовенногорского, мелитопольского, из коллекции Насера Д. Халили) хорошо выраженные «козырьки», луки широкие и высокие за счет пространства над козырьком, что позволяет разместить на них богатый декор, представленный золотыми и серебряными накладками, полностью закрывающими наружные стороны лук и концы полок. Высота передних лук над козырьком 10-13 см. Для компенсации высокой наклонной задней луки увеличены и размеры задней части полок. Декор лук трехчастный – центральная накладка и две боковые на развилках лук [Крамаровский, 2001, рис. 3, 4, 6; кат. 17-18; Марсадолов, Степанова, 2021, с.498, рис.2,4-5].
У рядовых седел козырек выражен слабо, высота лук над козырьком небольшая (1-4см), накладной декор отсутствует [Табалдиев,1996; Табалдиев и др., 2014; Kohalmi, 1968; Steppenkrieger, 2012. S. 212, Abb. 16; Walter, 1993]. К этой наиболее распространенной группе относится и седло 2 из Кызыл-Болчока.
Промежуточную позицию занимают богатые седла с выраженным козырьком и средней высотой лук. Высота передних лук над козырьком у таких седел составляет около 6–7 см. Они имеют декор, подражающий трехчастным накладкам на луки у элитных седел. К таким седлам можно отнести, например, седла из Бел-Саз I, к. 16 и 17, Тянь-Шань (накладки имитированы костяными или резными деревянными кантами) [Табалдиев,1996. Рис. 48, 49] и парадное седло 1 из Кызыл-Болчока.
Фрагменты седла 2 найдены к югу от седла 1. Очевидно, к нему относятся стремена и берестяные подложки полок, переданные в музей в 2016 г., а также одна из подпружных пряжек, найденных в 2017 г. Сохранилась верхняя часть передней луки с козырьком (рис.1,4), высота над козырьком ок. 4 см. На фрагменте левой полки имеются два штифта в месте крепления задней луки, т.е. использовалось и штифтовое крепление помимо привязывания. Берестяные подложки под полки у этого седла выполнены из сложенного вдвое куска бересты, но более грубо, чем у седла 1 (рис.2, 21-22). Их длина 53 см, ширина 21,5 см. По краю – отверстия от прошивки, нити не сохранились. Дополнительно простеганы четырьмя полосками бересты (шир. 6-8 мм) в поперечном направлении. На левой подложке в задней части два ржавых пятна от пробоев.
Дырочки-проколы от сшивания выполнены поочередно с внутренней и внешней стороны, то есть прокалывались и сшивались одновременно, швом «вперед иголку». На месте сгиба шов отсутствует. Стежка берестяными полосками выполнена аналогичным образом – прорези делались поочередно изнутри и снаружи специальным инструментом, хорошо видны овальные следы его упора или рукояти. Особенности конструкции и декора парадного седла. Наибольший интерес представляет седло 1 – находка, уникальная для Алтая. Хотя дерево сильно деградировало и усохло, все конструктивные особенности видны очень хорошо.
Лучше сохранилась левая полка – длина ок.40 см, наибольшая ширина 13,5 см (рис.1, 8), задняя часть уже передней и центральной. В центре трапециевидный выступ – боковая сторона сидения. Его верхний край подтесан для выравнивания с внутренней поверхностью наклонной задней луки. Наибольшая толщина полки 2 см в районе сидения, в 2,5 см от верха, затем уменьшается до 0,8 см по краю. Толщина на концах ок.1 см. По нижнему краю полки – декоративная фаска. Сохранились отверстия для привязывания лук, горизонтальное прямоугольное отверстие под путлище и под ним два (одно частично) круглых отверстия, расположенных горизонтально, для ремешка, крепившего пристругу.
В задней части левой полки сохранились остатки трёх пробоев, в передней части они выломаны. Отдельно были найдены шесть колец с пробоями – три малых кольца и три побольше (рис.8-3 ,2), причем одно большое и одно малое кольцо соединены между собой кусочком ожелезненной ткани, т.е. располагались рядом. Таким образом, изначально седло имело 10 колец, по два в передней части полок и по три – в задней. Большие кольца могли использоваться для крепления нагрудника и подхвостника, малые (ближние к лукам) - для подвешивания кожаного крыла, и еще два малых – для привязывания торочных ремней или для дополнительного крепления сложного подхвостника.
Берестяные подкладки полок седла 1 немного различаются размерами: 48,5х19 см и 46,5х18,5 см. Левая деталь имеет 5 рядов стежки берестяными полосками в центральной и задней части (3 полных и 2 коротких), что, возможно связано с ее ремонтом (рис.2, 19-20). Прошивка и стёжка берестяных подкладок выполнена так же, как у седла 2. На верхней поверхности берестяных деталей хорошо видны вмятины и ржавчина на месте пробоев, следы давления и трения путлищ, вмятины по контуру полок. Береста сохранила изначальные размеры, тогда как дерево деградировало. Длина полок седла 1 по отпечаткам на бересте ок. 46 см, т.е. усадка в тангенциальном направлении волокон составила 13 %!
Передняя лука седла 1 узкая, её современная ширина в верхней части всего 15 см при 25,5 см у задней. Высота передней луки 26 см, над козырьком ок.7 см, высота задней 25 см. На развилках сохранились отверстия для привязывания. Нижняя сторона развилок прямая, сечения подтреугольные. У задней луки вырез над седельным желобом округлый, у передней подтреугольный (рис.1,5, 6).
Лицевая сторона лук парадного седла из Кызыл-Болчока снаружи была обтянута тонкой кожей, которая по верхнему бортику лук фиксировалась бронзовым кантом. А нижний ее край загибался под «козырек» и покрывал также арку под ним. В арке передней луки кожаное покрытие было дополнительно закреплено выпуклой полусферической накладкой с пробоем. Трехчастная структура декора на луках имитировалась узким фигурным бронзовым кантом, прибитым железными гвоздиками. В центральном поле на передней луке располагалась бронзовая тисненная бляха с пионовидным цветком, а по сторонам – многолепестковые розетки с выпуклыми серединками, закрепленные пробоями с маленькими колечками. Такой декор имеет аналогии в декоре элитных седел, особенно седла из могилы 3 Часовенной горы – пионовидный цветок в центре и две накладных бляхи (розетки ?) по сторонам. Комплекты конского снаряжения из Кызыл-Болчока также очень близки к комплектам из Часовенной горы по форме удил, наносного султанчика и стремян.
В настоящее время накладные элементы декора (бляха и канты) не могут быть уложены на луки из-за усадки деревянной основы. Ширина центральной бляхи 8,3 см, а расстояние между розетками сейчас 7 см, т.е. на 15,6 % меньше (рис.1, 2-3, 11).
На внутренней стороне задней луки и на сидении правой полки сохранились остатки войлочной седельной подушки, обшитой по периметру кожаным кантом и покрытой тканью саржевого плетения с вышивкой (рис.1, 9). Кроме того, остатки ткани, пропитанной железными окислами, сохранились на стременах и пробоях седла (рис.2, 1-5).
Берестяные детали. На берестяных деталях нужно остановиться особо. Оклейка берестой использовалась для защиты деревянных деталей седел с раннего средневековья и до современности. Но в качестве самостоятельных деталей берестяные подкладки приурочены к началу 2 тыс. н.э., преимущественно к XIII-XIV вв. Целую серию подобных двух-трёхслойных деталей, сшитых по периметру, в памятниках кочевников Южного Урала и Западной Сибири собрал С.А.Пилипенко [Пилипенко, 2013]. Это комплекты из Сынтыштамских курганов (Южный Урал) (47х23-24 см), из к.87 Басандайки (Томская обл.) (51х17 см), п.3 к.3 мог. Санаторный-3 (46х18 см), п.2 к.9 мог.Кармацкий (Алтайский край) (51х18-20 см) и др. Во всех случаях берестяные детали найдены в комплекте с железной фурнитурой седел (стременами, пряжками, пробоями, оковками) и удилами, а также с древесным тленом и фрагментами деревянных ленчиков.
Причина появления берестяных подкладок под полки – распространение торочных колец с железными пробоями, концы которых выходили на нижнюю сторону полок (толщина полок на концах всего ок. 1 см). Их назначение – выравнивание нижней поверхности полок седла и предохранение самого дерева и легко ржавеющих железных деталей от влаги потника.
Не вполне ясно крепление берестяных деталей к ленчику. На всех берестяных подкладках из Кызыл-Болчока имеются три пары отверстий – на концах и по центру в нижней части, диам. ок.3 мм, через которые они могли привязываться тонкими ремешками или шнурами к полкам седла. Нижние отверстия по месту совпадают с отверстиями на полках для привязывания приструги и подпруги. К сожалению, концы сохранившейся левой полки, где могли располагаться крепежные отверстия, обломаны. Косвенным свидетельством их наличия могут служить отверстия на концевых накладках полок седла из Часовенной горы (рис.3). При этом имеется полное совпадение размеров этих накладок и берестяных деталей седла 1 из Кызыл-Болчока. Других способов крепления этих предметов к полкам не выявлено.
Сохранность и консервация седел. Реставрационные мероприятия с деревянными деталями седел из Кызыл-Болчока и берестяными подкладками из 1 комплекта проводились летом 2017 г. в полевой камеральной лаборатории Пазырыкской археологической экспедиции2. В сезон 2018 года была завершена реставрация берестяных деталей седла 2.
Ленчики седел представляли собой несколько крупных и множество мелких фрагментов осыпающейся сухой древесины (рис.1, 3). Все они были сильно загрязнены почвенными наслоениями. Целостность формы лук седла 1 удерживалась металлическими накладками с остатками деформированной кожи под ними. Древесина была сильно деградирована, с многочисленными утратами, расходящимися трещинами и подвижными фрагментами, держащимися вместе только благодаря проросшим сквозь них корешкам.
Для сохранения находок было проведено удаление загрязнений, укрепление древесины, подбор и склейка фрагментов. Загрязнения разрыхлялись деревянными палочками, удалялись синтетическими кистями и с помощью спринцовки. Загрязнения и очаги коррозии с поверхности бронзовых деталей удалялись механически стекловолоконной кистью. Фрагменты ткани увлажнялись водой с помощью синтетической кисти и расправлялись.
Для укрепления древесины была проведена консервационная пропитка в несколько этапов 5 ,3 и 10 % растворами синтетического полимера ParalloidB72 в смеси растворителей спирт-ксилол-ацетон (1-1-2). Пропитка проводилась в замкнутой среде – в пластиковом контейнере под пищевой пленкой. Во время пропитки хрупкие, распадающиеся фигурные детали седла (луки) укладывалась по форме на пакеты с песком. Консервирующая пропитка проводилась сразу после удаления загрязнений, сначала с одной, потом с другой стороны.
Бронзовые детали были обработаны 5 % раствором PB72 в смеси растворителей спирт-ксилол-ацетон (1-1-2). Фрагменты кожи увлажнялись водой, затем на поверхность наносилась эмульсия РК и разгонялась по коже до впитывания. Крем и вода наносились кистью несколько раз – до момента пластификации кожаных фрагментов.
Значительная усадка линейных размеров древесины стала очевидна после завершения консервации, при сравнении размеров берестяной и деревянной полочек. Исследование швейцарских реставраторов [Klügl and Di Pietro, 2021] подтвердило, что благодаря своему строению береста, в отличие от древесины, не подвергается усадке.
В связи с большим количеством утрат и усадкой древесины подбор и склейка фрагментов заняли длительное время. Деревянные фрагменты склеивались 15 % раствором PB72 в ацетоне. Фрагменты кожи закреплялись на деревянной основе клеем Lascaux 20-498х. Стыкующиеся между собой фрагменты кожи дублировались на микалентную бумагу с обратной стороны.
После подбора деревянных фрагментов клеевые швы, пустоты, расходящиеся трещины и места утрат были восполнены мастикой (поливинилбутираль, древесная мука и этанол). Мастиковки и дублировки тонированы акварелью.
В результате проведенных консервационных работ были сохранены фрагменты седла 2 и собран ленчик археологически целого седла 1, что позволило выполнить его реконструкцию (рис.1, 10; 4). После реставрации предметы переданы на постоянное хранение в Национальный музей им. А.В. Анохина, г. Горно-Алтайск.
Реконструкция парадного седла. Статуэтки юаньского времени (Imperial China, 2000. Cat. 156 ,155) позволяют реконструировать внешний облик седла 1 (рис.4). Исходная длина его полок 46 см, ширина лук в верхней части 18 и 30 см, высота 30 и 29 см соответственно.
Заключение. Оперативное проведение консервации седел из Кызыл-Болчока позволило сохранить и детально изучить уникальные для Алтая находки – седла монгольского времени. Зафиксировано существенное изменение размеров седел при их археологизации из-за деградации древесины, вероятность которой необходимо учитывать при описании и изучении этой категории находок.
